Вчера был мой последний рабочий день в этом году.



( Read more... )

Сижу за решеткой, как горный орел
И думаю с грустью, куда я забрел.
Полет мой исчерпан, текут мои дни
В заботах о хлебе, в созданьи фигни.

Резвятся детишки на крыше внизу,
Вдали Уоллстрит - нагоняет слезу:
Посыпались индексы снова с утра.
Пищит аутлук, мне на митинг пора...



( + еще 3 фото )

Катя вчера дважды поела в дорогих нью-йоркских ресторанах.

Ресторан в Челси: на завтрак салат был приправлем чьим-то белым(седым?) волосом.
Ресторан в Сохо: на обед в блюде с улитками случился таракан. Он был небольшой, по словам Кати - молодой. Мелочь... Но, положа руку на сердце, скажите, хотелось бы вам быть нью-йоркским гурманом?

Примерно четверть века назад один небедный джазоэстет по имени Danny Bensusan открыл в Манхэттенском районе Гринвич Виллидж клуб Blue Note. Идея была в том, что кроме обычных даунтаунских клубов, напоминающих крысиные норы, разграбленные усыпальницы и подпольные опиекурильни, неплохо бы иметь помещеньице, где музыкант мог бы почувствовать, что его действительно пригласили играть джаз, а не обсуждать план диверсий против английских колониальных войск.

Идея себя оправдала, народ потянулся. Музыканты заиграли. Такие признанные звезды джаза, как Сара Воэн, Лайонел Хэмптон, Диззи Гиллеспи, Оскар Питерсон и т.д., так вообще захаживали, как к себе домой. Не говоря уж о тех, кто помоложе. Ныне этот скромный пенал, где ежевечерне даются два концерта, а по пятницам и субботам еще и дополнительный ночной, считается самым известным клубом в мире джаза.
Blue Note - заведение довольно демократичное, - билеты продаются без мест. Даже заплатив $40, желательно прийти часа за полтора до начала и отстоять под дверями, если хочешь сидеть хорошо.
Ну, мы почти так и сделали, а точнее - заслали в очередь делегатов.

( Read more... )

Этим субботним вечером редкой птицей, долетевшей до середины Нью-Йорка, был Гато Барбиери, который неджазовой публике известен в-основном по фильму "Последнее танго в Париже". Впрочем, можно было совсем ничего знать о Гато Барбиери, - все равно при его появлении и первых звуках его саксофона ошибиться было невозможно: на сцене - мэтр и The Man.

( Read more... )

Проходя около 6 вечера по 42-й мимо Брайент-парка, я увидел, как впереди поперек улицы разворачивается целый кортеж с полной иллюминацией.
Пока сия процессия гуськом выруливала и перестраивалась в западном направлении, я их догнал и рассмотрел. Впереди двое восседали на мотоциклах. За ними двигался черный шеви-импала с тонированными стеклами. Затем следовал черный монструозный шеви-сабурбан - 8-местный SUV длиной около 6 метров, близкий родственник грузовиков. В "сабурбане", благодаря чуть приспущенным стеклам, просматривалась хорошая экипировка пассажиров: даже шофер сидел в каком-то спецназовском шлеме. Замыкал процессию полицейский микроавтобус. Все транспортные средства озаряли, и так не совсем уж темную, 42-ю включенными мигалками.

По таковому полету было видно, что в "импале" сидит птица важная, скорее всего - сам мэр Блумберг. Возможно, господину мэру захотелось на холяву покататься на коньках в Брайент-парке или полистать книжку в примыкающей главной городской библиотеке, - кто знает? Или вообще потолкаться в народной гуще - он, говорят, и на работу в Сити-холл часто сабвеем ездит с 59-й улицы... Размышляя на столь высокие темы, я двигался параллельно кортежу от 5-й до 7-й авеню, - они, устрашающе мигая мигалками ползли со скоростью пешехода в очереди за рейсовыми автобусами и стояли на каждом светофоре. После пересечения с Бродвеем стали иногда поквакивать сиренами: в тамошнем море огней полицейская "дискотека" - что бедный родственник на балу. Да и квакали скорее для пешеходов, так как транспортные средства уступать дорогу высокому начальству явно не собирались.

После 7-й авеню я окончательно вырвался вперед и достигнув 8-й, свернул к автовокзалу. Кваканье раздавалось где-то далеко за спиной. Я вспомнил, как иногда злюсь и посылаю проклятия на голову мэрии, протискиваясь на машине по манхэттенским улицам, и подумал, что спокойнее надо быть, спокойнее...

Брайент парк - небольшой скверик в самом центре Манхэттена. В этом году мне часто случалось мимо него ходить. По пятницам с утра тут часто устраивали концерты с прямой телетрансляцией, а по вечерам парк был заполнен народом, вывалившимся из офисов, оккупировавшим не только все скамейки, но и газоны, так что всё это смахивало на лежбище котиков. Поскольку в парке бесплатный интернет, многие валялись в обнимку с компьютерами.

Теперь вот вместо концетной площадки организовали каток. Почем будет покататься, я не интересовался, но есть подозрение, что при почти летней погоде мероприятие сие не окупается и служит больше для поднятия настроения горожан и, соответственно, для укрепления престижа мэрии...



p.s. Неделю спустя. Выяснил, что катание бесплатно. Гуляют за счет Сити-банка.

p.p.s. Этот сквер, площадью почти в 4 га, из-за окружающих его небоскребов воспринимается сущим клочком. Однако биография "клочка" весьма богата. Причем, здесь всегда было принято или бежать, или прохаживаться, или лежать.

Во время войны 1776 года здесь пронеслось революционное войско Вашингтона, удирая от англичан.
Если б в Америку довелось съездить Пушкину, он обнаружил бы тут кладбище для нищих и бродяг.
В середине 19 века кладбище ликвидировали и устроили водный резервуар, обнеся его массивной каменной стеной в древнеегиптском стиле. По верху 8-метровой стены прогуливалась публика.
Однако, уже во время Гражданской войны тут муштровали новобранцев, а к концу 19 века резервуар со стеной совсем похерили. Вот тогда-то площадку и назвали Брайент-парком в честь Уильяма Брайента - поэта, газетчика и борца с рабством.
Вскоре на площадке возвели здание публичной библиотеки.
Затем были всякие периоды редизайнов, взлетов и падений.
В 1970-х парк стал вотчиной наркоторговцев, проституток и бомжей, о чем на официальном сайте парка упомянуть почему-то забыли. Книгочеям, следующим в библиотеку, рекомендовалось пробегать мимо парка по возможности быстро.
Теперь тут по утрам все бегут в офисы, а вечером бегают на коньках... Всё проходит, когда-нибудь пройдет и это...

Больше месяца я не отмечался в дневничке, следуя издавна заведенному принципу - от недостатка времени при переизбытке тем не писать ничего вообще. Стало быть, если дневничок мой чахнет, это отнюдь не свидетельство того, что жизнь вокруг не цветет, не бурлит и не наливается соками. Вот взять хотя бы, к примеру, сегодняшнюю фотосессию в Центральном парке:

Считается, что американские секюрити при исполнении напрочь не понимают шуток. Тем не менее, сегодня на центральном автовокзале...

Направляясь к выходу на нужную платформу, я еще издали заметил, что двери декорированы троицей полицейских и металлическими столами для досмотра по бокам. В последнее время я езжу автобусом часто, но с таким чудом столкнулся впервые. И главное, почему только на мою платформу? Досмотрщики скучали в пустом холле: до часа пик было еще далеко. Не скрывая удивления на лице, я подошел к троице. Один из полицейских жестом указал на разделочный стол.
-- Вы хотите осмотреть мою сумку? - поинтересовался я.
-- Да. Что там у вас?
-- Вот, маленький фотоаппарат.
-- И больше ничего? В такой сумке? Может, хоть бомба какая-нибудь?
-- Не в этот раз - виновато развел я руками.
Полицейский сочувственно кивнул.

К Фрэнку Гери, одному из самых культовых архитекторов современности, Нью-Йорк был не шибко ласков - показывал ему козью морду в течение 20 лет. Все проекты Гери либо сразу отвергались заказчиками, либо принимались и утверждались, чтобы уже затем пойти прахом и прорасти травой забвения. А там, где слабину давали заказчики, стеной вставала патриотическая общественноать, как в относительно свежем случае с мегапроектом Atlantic Yards в Бруклине - идеи Гери, поддержанные мэрией, вызывают бурные протесты многочисленных тамошних жителей. Против этого проекта выступают аж 53 организации. На их сайтах потрясенный посетитель может увидеть компьютерные симуляции того, как гигантские постройки Гери гробят необъятную бруклинскую ширь, посягая на неотъемлемое право бруклинитов вечно наслаждаться уходящими за горизонт сараями, пакгаузами и свалками своего детсва.
Но всё-таки, Гери удалось, наконец, просунуть ногу в дверь и припечатать Нью-Йоркскую почву.

В Манхэттене, между 15-й и 34-й улицами, на берегу Гудзона( - тьфу, как погано искорежено название Хадсон), находится унылый, ничем не примечательный район Челси. В последние годы к Челси обратились взоры инвесторов, и гадкий утенок получил шанс превратиться в прекрасного лебедя - паруса зашмыганного Челси наполнил ветер перемен. И Гери показал Нью-Йорку этот ветер с парусами!

InterActiveCorp Headquarters, 2007 год

Штаб-квартира медиа-компании IAC, архитектор Фрэнк Гери.



"То, что Манхэттен - это остров, постоянно приходится не без труда вспоминать. При слове "Нью-Йорк" воображение сразу рисует Эмпайр Стейт Билдинг, Крайслер, Центральный парк. Все архитектурные перлы громоздятся в центре острова, в то время, как набережные, миля за милей, обречены на 6-полосные автострады и по-советски выглядящую застройку - наследие планировочного гуру 1940-х Роберта Мозеса.
Восстановление жизни набережных в противовес автострадам требует просто геракловых усилий. Но мало-помалу ощущение лучшего предназначения прибрежных зон возвращается в Манхэттен с новыми постройками."
Такими словами английская газета "Guardian" начинала статью "Битва за Большое яблоко", посвященную нью-йоркскому первенцу Гери.
С почином!

http://iacbuilding.com/interactive/content.html
http://arts.guardian.co.uk/art/architecture/story/0,,2144668,00.html
( Видео >> )

p.s. Эстакада на последнем фото - The High Line, старая железнодорожная ветка, проходящая над улицами. До ее постройки в 1929-м товарняки в Челси ездили прямо по мостовым. Зрелище, пишут, было незабываемое, но несколько нервное. Улицу с путями называли по-простому - Death Avenue.
Несмотря на постройку замечательного путепровода для поездов, проходящего местами прямо сквозь здания, количество недругов этого романтического вида городского транспорта постепенно нарастало. Последний состав с морожеными индейками прогрохотал над головами горожан в 1980 году, - доконали-таки чугунку!
Но несколько лет назад светлые городские умы решили не дать ей спокойно доржаветь до победного конца. Возникла идея превратить сие сооружение в ботанический променад. А вдоль променада понаставить небоскребов в пику Мидтауну. Так, глядишь, из Челси действительно сделают конфетку, если, конечно, денег хватит.

Westin Hotel, 2002 год

Проект фирмы Arquitectonica из Майями, архитекторы - Бернардо Форт-Бресиа (уроженец Перу) и Лоринда Спир.

"Реконструкция района Таймс-сквер наконец-то породила здание, стоящее того, чтобы о нем поговорить: новый отель "Вестин" на 8-й авеню между 42-й и 43-й улицами. И причина для разговоров весьма существенна: "Вестин" поднял свой вымпел выше вопросов хорошего вкуса. В смысле, многие считают это здание уродливым. Отвратительным. Сущим воплощением порочного брата красоты."
http://www.nyc-architecture.com/MID/MID125B.htm

Видать, тяга моя к пороку чрезвычайна сильна, ибо я влюбился в "Вестин" с первого взгляда. Его пестрые заплатки и скошенные стены бросают вызов окружающим чопорным коробкам, а в зеркальных плоскостях творится такое смешение и наложение цветов, что попытки понять, каковы эти цвета на самом деле, бесполезны. Фотооптика просто сходит с ума. Эта феерия на углу 8-й и 42-й продолжается 24/7.

( При просмотре картинок не забывайте про F11 :)



Настоящая встряска для Манхэттенского ландшафта. Хиспаники жгут!

Среди многочисленных новостроек Манхэттена есть три моих любимых. Они очень разные, но при этом все в одной струе. Это постмодернизм. Игра с формой и потоками света в отражающих поверхностях роднит эти здания с произведениями современных пластических искусств. Вид объекта с каждой новой точки сообщает о нем некую новую эстетическую информацию. Разное время суток и разная погода создают такое количество вариаций, что любоваться этими зданиями можно бесконечно. Это мои предпочтения в современной архитектуре. Итак:

Hearst Headquarters, 2006 год

Штаб-квартира медиаимперии "папаши" Херста, создателя желтой прессы.
Работа английского мэтра современной архитектуры Нормана Фостера.

Это примерно то, что хотел бы делать я сам, будучи архитектором - столкновение классического наследия с современными агрессивными формами. Когда в Минске в 1980-х объявили конкурс на проект реконструкции городского ЖД вокзала, решение виделось мне именно в таком ключе, но по горизонтали: широкие "рукава-струи" из стекла и металла пробивают старое здание сталинского ампира и "растекаются" по площади.

Старое 6-этажное здание стиля Арт-Деко, построенное в 1928 году, считалось достопримечательностью. Фостер оставил от достопримечательности одни стены: вся бывшая коробка служит ныне вестибюлем 42-этажной башни. Думаю, Херст был бы очень доволен: в 1920-е годы он хотел сделать свою 6-этажку основанием грандиозной высотки, но ничего толкового тогда предложено не было.

Пропорции вестибюля несколько подавляют своими масштабами, и верхний ярус с кафетерием выглядит довольно скучно, а вот офисное пространство на этажах очень даже приятно, особенно кабинеты и совещательные комнаты в скошенных углах. Подняться от входа в здание к лифтам можно только по эскалаторам, что очень облегчает жизнь охране. По бокам эскалаторов - ступенчатые водопады, не побегаешь.
Фостеровское детище находится также на лидирующих позициях по модным ныне стандартам LEED - экологичность, энергосбережение, использование вторичных ресурсов и т.д.

( При просмотре картинок не забывайте про F11 :)



p.s. В Минске для помпезной Батькиной библиотеки архитекторами была предложена идея здания в форме, как бы, символического алмаза. На архитектурной подаче здание было изображено сияющим и сверкающим, как тот алмаз, но в условиях суровой белорусской действительности превратилось в, типа, саркофаг-бомбу, которая вот-вот рванет. Одна моя знакомая даже боится туда ходить.
Фостеровский же многогранник все время сверкает и переливается, действительно создавая ощущение некой драгоценности. Свою лепту в игру света вносят и рефлексы от окружающих зданий. Подобно тому, как у эстетически продвинутых японцев белая ширма и нарцисс бросали друг на друга отблески белизны, небоскребы Манхэттена устраивают между собой бесконечный пинг-понг из солнечных зайчиков.
Я обязательно сфотографирую его на закате и в сумерках.

Ссылки по теме:
http://www.fosterandpartners.com/Projects/1124/Default.aspx
http://dmitrij-sergeev.livejournal.com/22370.html#cutid1

Алчущие пищи духовной в Нью-Йорке могут вполне просуществовать на подножном корму. Высокие проявления человеческого духа здесь обращены даже к тем, кто ходит, понуро пялясь под ноги.
Нашим людям, привыкшим к проявлениям человеческого духа в виде текстов на заборах и стенах трансформаторных будок, подножное чтение несколько непривычно, зато сразу заметна истинно американская практичность и демократичность подачи материала. Нежелающие приобщаться к сокровищницам мысли могут вытирать о них ноги, заплевывать жвачкой, просто топтаться и даже посыпать пеплом. И бумага всё стерпит, и рукописи не сгорят, когда оно отлито в металле.

( +25 > )

Нью-Йорксие радиоведущие любят называть свой город "столицей мира". Пожалуй, не без оснований. А Нью-Йорк - это прежде всего Манхэттен, а центр Манхэттена - это, конечно же, Таймс-Сквер, знаменитая площадь, которая, исходя из всего вышесказанного, вполне может претендовать на звание "Пуп Земли". По совместительству она может также претендовать на титул "Самая нелепая площадь в мире", но об этом как-нибудь в другой раз.
Сегодня ровно в полдень я почти случайно оказался на Таймс-Сквер, результатом чего явилась небольшая серия "двойных портретов" от моей мыльницы:

В Нью-Джерси я прожил семь лет без зонта: добежать до машины - сколько того дождя? Даже как-то забыл, что зонт в хозяйстве - штука небесполезная, и вспомнил только сегодня утром, выскочив на мокрую, в лужах 8-ю авеню из здания Нью-Йоркского автовокзала. Впрочем, настоящая гроза прошла на рассвете, сейчас дождик накрапывал довольно вяло, а до офиса - всего пару километров. Я отмахивался от бросающихся наперерез околовокзальных торговцев зонтами, весь в смутных подозрениях, что в Нью-Йорке на улице можно купить только какую-нибудь дрянь, а зонт во время дождя - еще и втридорога.

Естественно, как только последний торговец остался позади, ударил настоящий ливень. Бежать назад с белым флагом не хотелось из принципа, пережидать под навесами времени не было, и я побежал вперед, стараясь передвигаться короткими бросками.
... Стоя у светофора на 5-й авеню, я понял что ни зонт, ни короткие перебежки мне уже не нужны, т.к. мокрому вода не страшна, а часа за два в офисе можно и высохнуть.
Мое появление в вестибюле было, можно сказать, "триумфальным" - даже охранник не удержался и съязвил: "О, да у тебя новая прическа!"

А вот вечером, когда я офис покидал, охранникам было не до шуток - пищала пожарная сигнализация, по лестницам валил народ, на улице выли сирены. За углом в небеса поднимались гигантские клубы белого дыма, во всех зданиях округи была объявлена эвакуация. А здания тут этажей по 40 и выше, - понятно, что царило большое оживление: толпы на тротуарах, пожарные и полицейские машины, продирающиеся через автомобильные пробки, гудки клаксонов, суета. Поскольку совсем недавно в масс-медиа прошла информация о готовящихся бенладеновских кознях, неудивительно, что некоторые бежали в сторону реки East River...

Я же решил рискнуть и двинулся на запад, к автовокзалу. Путь мой пролегал мимо эпицентра, а там, конечно же, быстро всё перекрыли, поэтому пришлось дать небольшого кругаля и пойти по 37-й. Пересекая Лексингтон авеню, я увидел, что дым со страшной силой валит прямо из дыры в асфальте. Зрелище было феерическое - не на один кусок хлеба для хорошего фотографа. Но запах гари отсутствовал, значит - не дым, а пар: никакого пожара, никакого огня. Лопнули трубы. (Я сам знаю, что не медные :)



Фоты стырены с тырнета: http://www.flickr.com/photos/34491712@N00/favorites/show/

Был у меня когда-то замысел большого проекта - пройти через весь Манхэттен от речки до речки по 42-й улице, запечатлеть и описать самые примечательные места.
И вот, шел я позавчера по 42-й и подумал: да ну ее в баню! Чертовой дюжины фото за глаза хватит...



p.s. По-моему, женщина с девочкой на фото #9 (девочку почти не видно, только челка) - амиши. Впервые таких встретил. И понесло же их в Нью-Йорк...